alexis152 (alexis152) wrote,
alexis152
alexis152

Categories:

Вы только почитайте, за что репрессировал И.В.Сталин! Часть 1

Паразитизм на государстве и идеологии как обоснование политических репрессий в СССР

Stalin
Признаться, я никогда даже не предполагал, что случайное и отвлеченное касание данной темы когда-либо заставит меня в дальнейшем взяться за ее изучение непосредственно применительно к практическим вопросам обеспечения государственной деятельности и административистики, а не к проблеме идеологически обоснованных и необоснованных репрессий в СССР, - как то часто имело воплощение в работах и книгах различных авторов в прошедшие годы.

Тем более, что за последние четверть века из всех политологов, специалистов в области государственного управления, историков и аналитиков, - как на Западе, так и на Востоке, не говоря уже о странах бывшего СССР, - вероятно, только самый искушенный не высказал хотя бы раз свое мнение об эпохе нахождения у власти в СССР И.В.Сталина и сформированной при его непосредственном личном участии системе т.н. «казарменного социализма», не говоря уже о причинах, побуждавших данную систему и ее лидера постоянно выискивать в обществе все новых жертв своей политики, фактически превратив данную деятельность в подобие неумолимого конвейера репрессивной государственной машины.
Однако, при всей исторической разработанности темы данной личности и ее роли в истории страны и народов, населяющих территорию бывшего СССР, определенным «табу» пользуется вопрос массовости и чудовищности тех человеческих жертв, которые страна понесла в период т.н. «репрессий» и «чисток», в качестве основной причины которых называется, а зачастую даже самым банальным образом выпячивается банальная и довольно невнятная идея личной мести Сталина и его неприязни к абсолютно любым людям, которых он в той или иной степени мог посчитать выше себя или рассматривал как потенциальных конкурентов, и которые не были обязаны всем в жизни лично ему.

Т.е. фактически, те многомиллионные человеческие жертвы, которые понесла страна, объясняются вульгарной идеей личной неприязни к ним Вождя народов или приближенных к нему в разное время лиц. Подкрепляемой в качестве иллюстрации лишь частностями, но не подтверждаемой общими масштабами проводимых репрессий.

И это при том, что львиную часть этих людей Сталин никогда не знал и даже не подозревал об их существовании. Как бы ни писали многие современные историки о феноменальной памяти Сталина, о личном составлении им расстрельных и репрессионных списков, содержавших сотни и тысячи фамилий старых большевиков или просто обычных людей, чем-то в течение своей жизни не угодивших Вождю народов. Поскольку очевидно, что общее число репрессированных в стране людей было несоизмеримо больше того их количества, которое мог знать в жизни Сталин, и к устранению которых он мог стремиться с учетом потенциальной боязни идеологической конкуренции и угрозы с их стороны. Равно как и профессиональный состав репрессируемых лиц носил слишком уж всеобщий и структурированный характер, чего не могло бы быть в том случае, если бы шла чистка населения сугубо по идеологическому или некоему произвольному вулюнтаристскому признаку. Поскольку никто иной как сам Сталин прекрасно понимал, что нельзя бездумно лишать страну профессиональных и научных кадров, тем самым ослабляя ее внутреннюю и внешнюю политику перед угрозой внешних сил.

Поэтому очевидным является то, что существовала некая иная причина, отличная сугубо от идеологической и лично-неприязненной, которая заставляла бросать в топку машины репрессий все новые профессионально подготовленные (а не только партийно-идеологические) кадры, вынужденным образом заставляя страну лишаться своего защитного потенциала.

Также очевидно и то, что начавшись с устранения лично неугодных и известных Сталину лиц, а также представителей иных партийных движений, еще сохранившихся на тот момент в Советской России, система репрессионного подавления не прекратила свою деятельность и в дальнейшем. И тем более, с учетом последующего прогрессирующего раздувания истерии поклонения Вождя в виде появления, - подобно нарастающему снежному кому, - все новых явных и вымышленных «преступлений», о которых становилось известно как из доносов, так и при непосредственной работе органов государственной безопасности и правопорядка. Чего не могло бы быть в том случае, если бы с идеологически неугодными лицами уже расправились.

Однако в определенный период, - собственно, с 1932-34 гг., а также и в дальнейшем, - происходит некоторое неуловимое изменение (или даже подмена) причины, побуждавшей данную систему действовать, обеспечивая ей своеобразное постоянство и самоподдержание «работы» и гарантию того, что число репрессируемых лиц не будет уменьшаться.

При этом, смена этой инициирующей причины заключалась в переносе акцента с первоначального лично-идеологического репрессионного фактора в сферу непосредственной экономической и управленческой деятельности, фактически минуя изначально доминировавшую в ней идеологическую составляющую. Поскольку, если в отношении первоначальной волны довоенных репрессий, где-то до 1934 года, формирующейся под воздействием ранее начатой карательной деятельности, все в общем и целом является понятным, то для заключительного ее этапа не раскрытым остается вопрос нового, инициирующего и поддерживающего ее фактора.

Собственно, именно на эту причину, реально поддерживающую в рабочем состоянии гигантский механизм сталинских репрессий не только в течение жизни Вождя народов, но и после его смерти, я фактически случайно и натолкнулся во время работы. Хотя, если говорить откровенно, даже в поздние советские годы она лежала на поверхности, став в итоге настолько формальной, что на нее просто прекратили обращать внимание, сохраняя данный принцип лишь на уровне общего декларирования его значения для государственной системы позднего СССР.

Работая в последние полтора года в архивах, я невольно подметил одну странную деталь, которая и легла в основу своеобразной последующей систематизации дел по лицам, репрессированным за десять лет предвоенного сталинского террора (с более поздними документами я просто не работал). Дело в том, что жертвами сталинских репрессий в этот период становились … элементарно некомпетентные люди. Так или иначе выдвинувшиеся или выдвинутые во власть (или получившие известность и влияние) в послереволюционный период на волне отсутствия достаточного числа квалифицированных кадров и более или менее активно продвигавшиеся по служебной лестнице в силу своих заслуг перед революционным движением, но отнюдь не в силу профессиональных навыков, компетенций или талантов руководителей или специалистов. А также, лица, своими действиями открыто дестабилизировавшие общество и различные сферы общественной жизни, не будучи в состоянии ничего дать ему продуктивного.

На основании анализа общего числа рассмотренных мной дел, выстроилась довольно специфическая картина того, кто же активно репрессировался в десять довоенных лет сталинских «чисток» государственной системы и государства в целом. Итак, кто же были эти люди ?

В ходе оценки выборки из примерно 400 «репрессивных» дел были выделены следующие группы: 1) лица, декларировавшие некие авантюрные проекты в самых разных областях теоретической и прикладной науки и техники, получавшие под них необходимые средства и растрачивавшие их, не только не достигая заявленного результата, но и изначально, с учетом частой бредовости их идей, не имея никаких оснований считать данные проекты успешными; 2) профессионально некомпетентные лица, по тем или иным причинам назначенные на ответственные должности, - вне зависимости от их уровня, ранга и области деятельности, - не имевшие достаточной компетенции для полноценного выполнения своих обязанностей, что становилось причиной невыполнения практических заданий, неадекватности руководства и управления, несвоевременного принятия необходимых решений, а также нанесения прямого ущерба государству и экономике в тех или иных формах; 3) лица из числа т.н. «революционеров», представлявшие собой самую разношерстную публику, примкнувшую в годы революции и гражданской войны к большевикам с единственной целью, - лично обогатиться и заработать на происходящем хаосе, безвластии и изменениях, а также возвыситься, получив на их волне необходимые властные полномочия; 4) лица, относившиеся к категории представителей искусства, литературы и архитектуры, львиная часть которых традиционно не отличалась никаким выдающимся талантом, артистическими и художественными способностями, а также склонностью к созидательной литературной и художественной деятельности, - которые  ввиду отказа от старой «буржуазной» культуры активно пропагандировали и демонстрировали свою бесталанность и сомнительные «шедевры» в качестве примером новой, нарождающейся пролетарской культуры и искусства, аналогов которым еще в мире не было, и поэтому сравнивать глубину их «творений» было не с чем; 5) лица, занимающиеся в самых разных формах активным паразитизмом на государственной системе, народе, проводимой экономической политике, спекулирующие на трудностях людей материального и нематериального характера, используя для этих целей как собственное властное положение, так и свою причастность к различного рода материальным благам; 6) этнические представители еврейских кругов, - вне зависимости от регионов их происхождения, - по тем или иным причинам пробирающиеся во власть или становящиеся сопричастными партийной деятельности для обеспечения личных интересов, а также интересов своих родственников; 7) представители духовенства и различного рода религиозно-оккультные шарлатаны, а также лица, активно приверженные религиозным и различным мистико-идеалистическим идеям; 8) лица, деятельность которых носила характер извлечения непроизводственной прибыли за счет искусственного формирования областей потребительского фетишизма, предполагавших произвольное, ничем не лимитированное установление цен и обогащение за счет этого, к числу которых, в частности, относились антиквары, нумизматы, коллекционеры и собиратели, торговцы книгами, старой мебелью и произведениями, произвольно относимыми ими к искусству и т.д.; 9) представители властной, партийной и государственной администрации, использующие свои привилегии и полномочия в ущерб государству, его идеологии и проводимой политику, равно как и способствующие возникновению подобного ущерба ввиду своего поведения, образа жизни, высказываний и связей, порочащих других членов общества; 10) лица, передерживающиеся иных идеологических взглядов (или не придерживающиеся их вовсе), стоящие на иной идеологической платформе, по любому вопросу высказывающие критику деятельностью власти, но при этом не имеющие никаких предложений к этой власти по улучшению ситуации, решению проблемных вопросов и т.д., а если и имеющие, - то на уровне сугубо общих рассуждений и ничем не подкрепленных личных фантазий, преследующих (за счет эпатажа, ораторских качеств, напора и литераторского таланта) единственной целью формирование у неустойчивой части населения популярности, известности, авторитетности и т.д., претендуя на то, чтобы заставить с собой считаться или существовать за счет третьих лиц или государства; 11) члены семей указанных групп лиц, жившие за их счет, часто не работающие вообще или выполняющие чисто номинальную работу, с обеспечением им всех возможных благ и привилегий; 12) лица, привлеченные к ответственности по комбинированному набору нескольких указанных выше признаков; 13) прочие лица, отнесение которых по конкретному виду причин репрессирования представляет затруднительным или носит невыясненный характер.

Очевидно, что в действиях советской репрессивной системы того периода присутствовала вполне конкретная, пусть и весьма упрощенная логика. Она заключалась в простом тезисе: «Паразиту в обществе не место». Т.е. любой человек, не приносивший обществу пользу, а лишь потреблявший произведенные обществом блага, живший за счет общества, паразитировавший на этом обществе, а также пытавшийся навязать обществу свою значимость, важность, судьбоносность, незаменимость и т.д., должен был быть изолирован от общества. Как путем прямого насильственного истребления, так и путем направления на принудительные работы в тех областях и в тех регионах, в каких это было необходимо на тот момент обществу. В силу отсутствия у этой публики иных пригодных к практическому применению профессиональных навыков, кроме способности к ручному труду на благо общества. Мобилизующего труд этих людей в самых примитивных и доступных формах, - включая и самые неквалифицированные и тяжелые, - просто не имея иной возможности получать от них пользу и воспрепятствовать их антиобщественной деятельности и стремлению в разных формах устраивать свою жизнь за счет социума, к которому они принадлежали или на который могли оказывать свое влияние. В том числе и влияя на его идеологию и мировоззрение путем литературной, журналистской, кинематографической, театральной и прочей деятельности, - закрепляя тем самым антикультуру воинствующей посредственности, профессиональной непригодности, неподготовленности, недоученности и т.д., выдаваемых в годы революционных изменений за положительное «революционное» качество, призванное избавиться от «буржуазных» проявлений старого мира во всех затрагиваемых изменениями областях. К чему, в частности, и относились практически все представители послереволюционной советской псевдохудожественной и псевдоартистической богемы, представители которой сегодня выдаются за некое откровение.

Иными словами, фактически, применительно к репрессиям, в случае сталинских «чисток» речь шла об удалении из общества … паразитов. В первую очередь, из числа властной администрации, партийных структур, органов безопасности и обеспечения правопорядка, средств массовой информации, но в первую очередь (хотя это почему-то и не принято афишировать), - и зачастую с особенным вниманием, - из числа представителей трудовых классов и обеспечения руководства производственным процессом. Поскольку именно деятельность данных социальных групп советского общества предполагала основное несение как чисто идеологической, так и производственной нагрузки для всей страны в целом. Т.е. если ответственный руководитель не приносил пользу или не обеспечивал необходимое качество руководства на своем рабочем месте – его убирали и репрессировали. Вне зависимости от его партийных и революционных заслуг в прошлом. То же и в отношении абсолютно любого члена общества. И в первую очередь в отношении лиц, которым власть доверяла властные полномочия и руководство. А также распределение материальных благ и использование денежных ресурсов. Не говоря уже об оружии и государственных службах, связанных с возможностью его применения.

Tags: берия, бюрократия, власть, государство, гпу, гулаг, евреи, заключенные, и.в.сталин, идеология, кгб, коммунизм, коррумпированная, коррупция, кпсс, лагеря, москва, н.ю.романов, некомпетентность, николай романов, николай ю.романов, нквд, обоснование, паразитизм, партия, политический террор, распад, расстрелы, репрессии, романов, россия, саботаж, система, система власти, советский союз, социализм, ссср, ссылки, сталин, сталинские репрессии, сталинские чистки, чистки, экономические преступления
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments